01.11.2012 | №2666

Сто лет заточения

Автор: Ольга БАЧИНА
Фото: пресс-служба ГУФСИН

Минусинская тюрьма отметила вековой юбилей

Самодельный дротик, заточка, замаскированная в обыкновенном ситечке для чая, «поджига», или, проще говоря, самострел… Сейчас это просто экспонаты музейной комнаты единственной от Урала до Дальнего Востока тюрьмы, где содержатся заключённые, совершившие самые тяжкие преступления. А ещё несколько лет назад все эти опасные предметы были изъяты у осуждённых.

- Один из отбывающих наказание готовил побег и дротик сделал, чтобы обезвредить часового, - рассказывает Валерий Гаврилов, исполняющий обязанности начальника минусинской тюрьмы.

Вот с таких впечатляющих и шокирующих фактов начался наш визит в исправительное учреждение, которому недавно исполнилось сто лет. - А это «поджига». Смотрели фильм Сергея Бодрова «Брат»? Там главный герой тоже делал такую: в металлической трубке распил, который начиняется спичками, затем вставляется пыж (пробка, предотвращающая высыпание порохового или дробового заряда), далее кусок гвоздя. Спички поджигаются, происходит выстрел. Это ещё что, мы изымаем и не такое. Помню случай, как проводили досмотр. С виду вроде бы обыкновенная трость, облегчающая движение хромому человеку, открутили ручку, а там такая заточка - чуть ли не сабля!

Музейная комната, можно сказать, гордость учреждения. Здесь нашли своё отражение как трагические, так и созидательные страницы истории тюрьмы. Собрано порядка 300 экспонатов: коллекция обмундирования сотрудников, предметы быта осуждённых, уникальные фотографии и многое другое. Отдельно стоит рассказать об арестантской форме царских времён. Сшита она из войлока и отличалась тем, что состояла из двух частей - задней и передней, которые крепились друг к другу пуговицами. Такой фасон тюремной робы позволял, в случае применения штуцеров, оказать помощь узнику, избитому до беспамятства.

На совести Сергея шесть убийств, причём совершил он их в двадцать лет! Сейчас, как и большинство пожизненников (так их называют сотрудники учреждения), парень пишет жалобы и прошения во все инстанции о пересмотре дела, но пока безрезультатно.

Хранится в музее и довольно внушительных размеров медный самовар, из которого всё в те же, царские времена пивали чай тюремные работники. О многом можно узнать и по архивным документам.

- По приказам 40-х годов прошлого века мы выяснили, что сотрудники тюрьмы за совершение какого-либо проступка отстранялись от исполнения своих обязанностей и помещались вместе с другими заключёнными в ШИЗО (штрафной изолятор), - делится Виталий Дьяков, заместитель начальника тюрьмы по кадровой и воспитательной работе. - И точно так же, как и других осуждённых, их кормили по одной системе: один день давали еду, а на второй - только кружку кипятка и пайку хлеба. Между прочим, такой режим питания отменили только в 1990-х годах. Заключённые эту схему прозвали так: «День лётный, день пролётный».

Надо заметить, что вообще тюремный режим, в отличие от содержания в колонии, разнится более жёсткими условиями. Если в колонии осуждённые отбывают наказание по армейскому принципу (люди распределены по отрядам, в каждом из которых есть своё спальное помещение, могут посещать комнату отдыха, выходят на прогулки в специально отведённое место), то в тюрьме заключённые находятся в камерах от двух до десяти человек. Каждая оборудована спальными местами, сейчас в основном это двухъярусные кровати, хотя кое-где ещё остались нары, но в этих камерах в рамках реформирования системы наказания сейчас идёт ремонт. Вообще от царских времён здесь остался единственный корпус 1912 года. О былой старине напоминает лишь высокий сводчатый потолок в коридоре и длинный проход с шершавыми стенами, по которому в тюрьму ведут этапированных. Ну и, пожалуй, единственная камера, которую ещё не затронула реконструкция. Отличается она от остальных, прежде всего, санузлом. По новым правилам он должен быть полностью огорожен, с дверью, и так уже сделано во многих камерах. Здесь же пока ещё всё по-старому, без санизоляции. Очёнь спёртый воздух и устойчивый запах табака вперемешку с кофе и крепким чаем. Я зажимаю нос, а Валерий Гаврилов, наблюдая за моей реакцией, произносит:

- А что делать, курить в камерах заключённым пока по закону не запрещено. Но что касается чая, то ограничения есть. У нас здесь два режима содержания - тюремный общий и строгий. Так вот, раньше на общем режиме осуждённые могли раз в месяц приобретать себе в нашем магазине по 50 граммов чёрного и 100 граммов зелёного чая. Сейчас здесь ограничений на чай нет, а вот для тех, кто отбывает наказание на строгом режиме, чай и кофе приобретать запрещено. Кроме этого, таким осуждённым положено только два краткосрочных свидания с родными, одна посылка и одна бандероль в год. На общем режиме - два краткосрочных и два длительных свидания, четыре телефонных переговора и по две посылки и бандероли в год. Время прогулки на общем режиме полтора часа в день, на строгом - один час.

Как раз в это время где-то в стороне раздаётся лай собак, за спиной кто-то шепчет: мол, заключённых повели на прогулку. Подстраховка в виде четвероногих охранников вполне оправданна: на сегодня в тюрьме порядка 500 осуждённых, 84 из них отбывают наказание за особо тяжкие преступления, 35 - за совершение умышленных тяжких деяний, 11 человек - на пожизненном сроке. Один из таких, кому суждено до конца своих дней пребывать за решёткой, согласился с нами пообщаться. Родом парень из Иркутской области, сейчас ему 23 года, здесь он находится уже три года.

- Сидеть не страшно, - признаётся Сергей (имя изменено). - Страшно осознавать то, что ты совершил. Я вспоминаю об этом каждый день, порой мне весь этот кошмар снится по ночам. Вину свою признаю, но считаю, что на меня слишком много чужого повесили. Да, в избиении участвовал, но не убивал. Убивали другие, которые по делу проходили как свидетели.

На совести Сергея шесть убийств, причём совершил он их в двадцать лет! Сейчас, как и большинство пожизненников (так их называют сотрудники учреждения), парень пишет жалобы и прошения во все инстанции о пересмотре дела, но пока безрезультатно. Хотя шанс о помиловании есть, но только после того, как преступник отсидит в тюрьме 25 лет. Дома его ждут мать и девушка. И, как признаётся Сергей, именно мамы ему очень сильно не хватает.

Пожизненники могут отбывать наказание по несколько человек в камере в зависимости от своей уживчивости с остальными. Сергей такими качествами не отличается, поэтому сидит в гордом одиночестве, читает книги: «Преступление и наказание» Достоевского, Булгакова и других классиков.

Содержатся в минусинской тюрьме и террористы, среди которых есть участник захвата в Будёновске. По словам Валерия Гаврилова, ведут они себя как и все остальные осуждённые: ничем не выделяются, строго следуют правилам распорядка учреждения. Да и шанса как-то отличиться здесь в принципе нет ни у кого - все и всё как на ладони. В целях обеспечения безопасности в тюрьме установлена новейшая система видеонаблюдения. На трёх постах анализируется изображение с 210 видеокамер. Имеется двухстороння связь: оператор может по громкоговорителю сделать осуждённым замечание, и они из камеры имеют возможность ему ответить или обратиться с просьбой.

- Поначалу заключённые пытались выводить видеокамеры из строя, - рассказывает Валерий Гаврилов. - Тогда к решению проблемы подключились всем управлением исполнения наказания. За порчу аппаратуры возбуждались уголовные дела, ущерб возмещался за счёт виновного. Сейчас ситуацию удалось переломить. На видеокамеры больше никто не посягает, а сама эта система дисциплинирует и заключённых, и сотрудников учреждения. Любое выявленное нарушение можно отсмотреть, сделать распечатку стоп-кадра и приобщить её к материалам дела.

В тюрьме есть собственное подсобное хозяйство, где выращивают свиней, кур-несушек и крупный рогатый скот. Учреждение полностью обеспечивает себя макаронными изделиями, хлебом, мясом, яйцом.

Также в учреждении функционирует центр трудовой адаптации осуждённых. В специально оборудованных рабочих камерах их обучают специальностям: подсобный рабочий, бетонщик, вязальщик лент и металлосеток, вязальщик трикотажных изделий и полотна, резчик по дереву и бересте, столяр, художник росписи по дереву и бересте. Организованы производственные участки: швейный, деревообработки, изготовления тротуарной плитки и шлакоблоков. И сотрудники тюрьмы надеются, что осуждённые, отбыв здесь долгие 20, а то 25 лет, применят полученные трудовые навыки на свободе.

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter чтобы отправить нам.

Получить код для вставки в блог

Комментарии
Loading...
вчера 16:11