25.12.2017 | №3607

Дома по окна стояли в воде

Автор: Марина Чигишева

Коренная жительница Красноярска Евдокия Зорина, почитав материалы нашей рубрики “Город имён”, решила поделиться своими воспоминаниями о городе своего детства. Долгие годы она живёт в районе Затона. Сейчас её квартира располагается в девятиэтажном доме на месте домов бывшего посёлка 1 Августа. К слову, когда-то на правом берегу Енисея были деревни 1 Августа, Ладейка, Перевозинская и другие. Старожилы Красноярска помнят узкую череду посёлков, растянутых вдоль правого берега Енисея на 20 километров, где жило более 20 тысяч человек.

Одной из достопримечательностей правого берега до войны была “мотаня”. Поезд из нескольких вагонов, во главе которого был паровоз, появился в 1935 году по инициативе директора Красмашстроя Александра Субботина. Ходила “мотаня” от Затона до заводоуправления Красмаша. Поезд шёл медленно по маршруту, не останавливаясь, люди запрыгивали в вагоны на ходу. “Мотаня” была очень популярным транспортом. Про неё даже частушки сочиняли: “Не сама “мотаня” ходит, машинист “мотаню” водит”.

“На “мотане” я ездила четыре года, пока училась в Красноярском механическом техникуме, — рассказывает Евдокия Зорина. — Начальная остановка её была за ДК “Маяковский” (с 1964 года — Театр юного зрителя — Ред.). Нас, учащихся, собиралось много, даже были ребята из посёлка Торгашино. Было весело ездить на “мотане”.

Евдокии Степановне хорошо запомнилась весна 1941 года, когда речка Панюковка вышла из берегов. “Тогда под воду ушёл деревянный мост, который был неподалеку от судостроительного завода, — пишет пенсионерка. — Была залита обширная территория в районе нынешней остановки “Затон”, где, кстати, и сейчас стоит старое кирпичное здание. Это была баня, которую многие посещали. Сегодня это здание прикрывает со стороны проспекта Красноярский рабочий сбербанк. Затопило и посёлок 1 Августа. Я сама видела и слышала, как кукарекал петух на крыше дома, который по окна стоял в воде. Затопило и другие многие дома. Помню, как люди говорили: быть беде. И в июне 1941 года началась война”.

Вспоминает Евдокия Степановна о заводах, которые располагались тогда в районе, где она жила: в том числе об авиаремонтном заводе имени Побежимова. На завод в ноябре 1941 года прибыл первый эшелон из рабочего посёлка Лаптево Тульской области, с завода № 477 Наркомата авиационной промышленности. Так в Красноярске появился объединённый завод под № 477. Перед коллективом была поставлена задача не только ремонтировать, но и вооружать мирные самолёты, чтобы они, выходя на ледовую разведку, могли дать отпор врагу, если он проникнет в Арктику. Заводчане ремонтировали военные самолёты, поступающие с фронта, изготавливали многие недостающие детали для боевых машин, а также мины. В 1950 году завод был передан в Министерство речного флота СССР и полностью перешёл на судостроение. При реорганизации незаметно потерялось имя Г. Т. Побежимова в названии завода, и потом многие годы это был просто Красноярский судостроительный завод. “Сейчас, — сетует наша читательница, — от завода остались рожки да ножки. Да улица Побежимова”.

На всю жизнь Евдокия Степановна запомнила печальное событие 1942 года. 15 марта она провожала с мамой отца с железнодорожной станции. Вскоре пришло извещение: отец пропал без вести. Девочка не теряла надежды вновь увидеть папу. “В 1944-м или в 1945 году — уже точно и не помню — в тёплое время года на этой же железнодорожной платформе по улице Затонской высадили очень много военнопленных — русских мужчин, — вспоминает женщина. — Гнали их под усиленной охраной конвоиры с вытянутыми в руках винтовками. Шла колонна по улице Затонской мимо аэродрома, школы № 46, мимо бараков. Далее военнопленных провели по проспекту Красноярский рабочий и к Енисею, где посадили на баржи и отправили на север — в Норильлаг. На всём протяжении их пути провожали люди с криком, плачем. В основном это были дети и женщины. В колонне военнопленных я искала своего отца. Но, увы, он пропал навсегда”...

В годы войны рядом с судостроительным заводом располагался посёлок, который называли Переселенка. Во многих бараках жили рабочие этого завода. “А в некоторых помещениях располагалась больница, — пишет Евдокия Зорина. — Также был барак-столовая, там три раза в день кормили рабочих завода. Я там бывала, так как в столовой работала моя мама, и я ей помогала, иногда — до 12 часов ночи”.

Детские воспоминания о войне у пенсионерки связаны не только с правым берегом. Она, например, рассказала, что на левом берегу Енисея, на улице Сталина (Мира), недалеко от аптеки № 1 была столовая, где в годы войны кормили детей бесплатно. “Очередь была большая, её регулировал мужчина, он заикался, — вспоминает Евдокия Степановна. — А на левый берег летом мы зайцами добирались на плашкоуте. Он по Енисею перевозил людей с правого на левый берег. Двигался, шлёпая своими колёсами с лопастями по воде”.

История

До строительства Красноярской ГЭС на Енисее ежегодно возникали заторы льда во время весеннего ледохода. Из-за резкого подъёма уровня воды лёд вытеснялся на берег, что приводило к повреждениям зимующих судов. И затон был необходим для безопасной зимовки и ремонта судов. Министерство путей сообщения России решило построить капитальный затон в районе Красноярска для зимовки и ремонта судов. 4 марта 1908 года городская Дума Красноярска решила построить затон у правого берега Енисея в Абаканской протоке ниже деревни Перевозинской.

В июне 1909 началось строительство затона, и уже через три месяца 26 судов срочного казённого пароходства зимовали здесь. В 1917 году в затоне зимовало уже около ста судов. Для ремонта судов были построены мастерские, склады, литейный цех, кузница.

В 1918 году Красноярский затон был переименован в “Государственный затон и мастерские”, а позднее в “Красноярский судоремонтный завод”.

В 20-е и 30-е годы XX века в районе Затона вырос небольшой посёлок с деревянными одноэтажными бараками, детским садом, школой, магазином, где проживали работники государственного затона. В начале 1960-х годов старый барачный посёлок Затон снесли, на его месте начали строить новые пятиэтажные дома.

Интересно


Наша читательница в своём письме упоминает речку Панюковку и сквер с таким же названием. “Не знаю, почему именно такие названия, — пишет Евдокия Зорина. — Ведь речку называли Паниковка — от слова “паника”, которую она наводила при потопе”.

Мы начали разбираться в этимологии слова “Панюковка” и нашли ещё одну версию. Есть мнение, что у этой речки изначально была особенность скрываться под землю, как бы “поникать”. Исходя из этой версии, называться она должна Пониковка...

Как бы то ни было, в каталоге внутригородских наименований, который есть в администрации Красноярска, значится улица ПАнИковская, которая появилась в 2004 году, и сквер ПАнИковка — он существует с 2012 года. В газете мы придерживаемся этих официальных названий.

P. S. Уважаемые читатели! Присоединяйтесь к нашему проекту! Если у вас есть интересные истории, связанные с улицей, микрорайоном, где вы живёте, звоните в редакцию по номерам: 2-115-761, 2-115-650.

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter чтобы отправить нам.

Получить код для вставки в блог

Комментарии
Loading...
10:28

вчера 17:02