12.07.2017 | №3535

Рудольф Руйга: «Столбовское братство — оно особенное»

Автор: Александр НИКОЛАЕВ
Фото: Дмитрий ШАБАЛИН

Гостем «СТАДИОНА» Рудольф Руйга становится уже не в первый раз, что вполне объяснимо. На страницах нашего спортивного издания просто не мог не появиться земляк, представляющий один из самых экстремальных и, с гордостью добавим, во многом красноярских видов спорта, — скалолазание. Мастер спорта, дважды завоёвывавший звание чемпиона СССР, заслуженный тренер России, продолжающий готовить новых чемпионов-скалолазов. Не пообщаться с таким человеком в очередной раз мы попросту не могли, ведь именно сегодня Рудольф Рудольфович Руйга отмечает свой юбилей — 65-летие.

— Признайтесь: если бы Вы родились и выросли вдали от Столбов, состоялся бы скалолаз-чемпион, тренер Руйга?

— Я в этом очень сомневаюсь. Потому что решающую роль в моей судьбе сыграли всё-таки Столбы. Можно сказать, что на них я и сформировался. Сначала просто ходил на Столбы, а позднее начал серьёзно заниматься скалолазанием. И всё это благодаря родителям, отцу, который открыл для меня красоту и притягательность скал, бродя по заповеднику с этюдником, а заодно и со мной, совсем ещё юным мальцом.

— Тем не менее продолжателем родительских профессий Вы не стали, избрали другой путь.

— Не соглашусь. Художником, как отец, я действительно не стал. Что поделаешь, для этого был необходим особый талант, а у меня его не оказалось. Но в чём-то всё-таки, считаю, повторил опыт если не отца, то мамы — она была педагогом, педагогом-наставником стал и я.

— Столбы для Вас остаются близки и сегодня? Часто бываете на них?

— На Столбы я отправляюсь четыре раза в неделю. Мог бы и ежедневно, но график тренировок с ребятами не позволяет.

— А своих воспитанников на скалы водите?

— Это случается редко. Наши тренировки больше проходят на скалодроме.

— Может, я не прав, но, по-моему, современное скалолазание перекочевало под крышу, на искусственные арены, скалодромы, вытеснив, увы, соревнования на природных скалах. Как считаете, это плюс или минус для скалолазания?

— Думаю, что в этом всё-таки есть свой плюс. И весьма внушительный. Если бы наши соревнования по-прежнему проходили на скалах, без возможности массового зрительского участия, то скалолазание ещё бы долгое время дожидалось своего включения в программу Олимпийских игр. Согласитесь, что этот довод достоин того, чтобы считать его решающим: природные скалы или искусственные скалодромы.

— Признание скалолазания олимпийским душу греет?

— Конечно. Ведь к нему относились как ко второстепенному виду спорту — не олимпийский, а значит… Теперь многое должно пойти по-иному.

— Мне почему-то кажется, что от скалолазания мы дождёмся куда больших успехов, чем, например, от изначально признанного олимпийским футбола.

— Тема футбола — это особая тема.

— Скажите, а Вы по натуре болельщик? Переживаете, следите за выступлением какой-то из команд?

— Нет. В жизни не был болельщиком, не следил за игровыми видами спорта — футболом, хоккеем и так далее. Более того, признаюсь, что отношусь к ним отрицательно.

— Даже так? А в чём причина?

— Считаю, что просто глупо переживать за те виды спорта, которые забирают львиную долю бюджета, а отдачи-то от них по большому счёту никакой. Две медали на Олимпийских играх, да и то не золотые. Это же абсурд, когда 95 процентов бюджета на спорт уходят на игровые виды, а реальные медали в итоге в зачёт приносят спортсмены совсем других направлений, которых готовили на остаточную сумму. По-моему, это просто караул, когда бюджет футбольного клуба премьер-лиги составляет три миллиарда рублей. Сумасшедшие деньги, три миллиарда — на содержание всего лишь одной команды. Обидно.

— Вернёмся к Вашей персоне. Успели сделать вывод за свою спортивную карьеру, что сложнее: быть действующим спортсменом или тренером-наставником?

— Конечно тренером. Спортсмен отвечает только сам за себя, а тренер за всех. И за каждого персонально. За здоровье своих подопечных, их состояние, готовность, за организацию соревнований, за результат. Спортсмен сам себе хозяин: захотел — всё бросил и ушёл. А если тренер махнёт на всё рукой и бросит…

— А что сложнее: тренировать просто спортсменов или собственных дочерей?

— С собственными детьми всегда сложнее. Ведь в этой ситуации ты не просто отец, но ещё и спортивный наставник. Все проблемы возрастают вдвое.

— Но, с другой стороны, родственный подопечный для тренера всегда в шаговой доступности, и не только на тренировках.

— А вот это зачастую ещё больше всё усугубляет, усложняет. Поэтому проще работать со спортсменами, которые всё-таки не твои дети. Это очень непросто оставаться и требовательным отцом, и суровым наставником. Впрочем сегодня я опять оказался в этой роли — тренирую внучку. (Улыбается.)

— Знаем, что формально Вы находитесь в отпуске, однако застали Вас на тренировке. Как часто приходится совмещать своё отпускное время с тренировочными занятиями?

— Каждый год. Так уж совпадает, что кому-то из твоих спортсменов как раз в этот период предстоит отправляться на соревнования, разве до отдыха тренеру в такой ситуации?

— Какой возраст, как человек знающий, Вы считаете самым перспективным для скалолаза?

— Талант может проявиться и в раннем возрасте, но по-настоящему перспективным спортсмен, я считаю, становится в пору совершеннолетия, дальнейшего взросления. Он уже определённо знает, чего он хочет добиться, и осознанно идёт к этому.

— Свой собственный первый успех в скалолазании помните?

— Конечно. Случилось это не в Красноярске, не на Столбах, а в альпинистском лагере под Алма-Атой. Красноярцев, кстати, там было много. Вот на этом лагерном сборе и состоялись соревнования: команда новичков, значкистов и команды уже опытных скалолазов. И в этих соревнованиях мы, выступавшие в команде новичков, оказались третьими. Уступили только ведущим в то время скалолазам страны и команде инструкторов. А я в личном зачёте стал четвёртым в состязании с уже признанными зубрами-скалолазами. Получил разряд, это и послужило для меня началом пути. Вернулся в Красноярск, ходил на Столбы, тренировался, принимал участие в городских соревнованиях, краевых чемпионатах. Так и пошло.

— Круг Ваших друзей тоже сложился на Столбах?

— Естественно. Потому что вся моя жизнь прошла на Столбах. Сначала родители таскали меня на скалы, в заповедник отправлялись семьями, и это сдружало. Потом на Столбы я водил компании своих одноклассников, ребят со своей школы и соседних, а затем однокурсников. Столбовское братство — оно особенное, сближает, связывает людей накрепко. Большинство ребят из таких компаний, конечно, не стали скалолазами, но остались друзьями на долгие годы. Многие из них, к сожалению, уже покинули этот мир, но нас, остающихся, инъекция столбизма сплачивает ещё теснее.

— У Вас есть любимое место на Столбах?

— Район Такмака. Потому что там больше всего и пропадал, начиная с детства. Очень люблю и дикие Столбы, в прежние времена доступ туда был свободным. Теперь туда ходить запрещено, но в молодости я там вдоволь побродил, полазил. Эти скалы привлекали тем, что народу там было значительно меньше, чем на центральных Столбах, и каждый поход туда — это полное единение с природой.

— Скалолазание — это экстрим, Вы испытывали чувство страха?

— Людей, которые не боятся, не бывает. Но, как говорят красноярцы, «волков бояться — на Столбы не ходить». (Улыбается.) Чувство страха никто не отменял, оно есть в каждом. Но это ощущение должно уравновешиваться разумом, инстинктом самосохранения. Поднимаясь на скалу, тем более без страховки, ты должен чётко знать, когда тебе необходимо сделать шаг назад, потому что следующий твой шаг может оказаться последним. Это правило, кстати, относится не только к скалолазанию, но и к поведению в обычных ситуациях. Года два назад я пошёл на Столбы и в районе гранитного карьера, от которого отошёл буквально на сто метров, неожиданно увидел трёх медвежат. Для них я тоже стал полной неожиданностью: выбежали навстречу и тут же устремились назад. Стоп, думаю, значит и медведица где-то рядом, видимо, не судьба мне сегодня подниматься на скалы, давай-ка двигать обратно. И начал, оглядываясь, пятиться обратно. Страх — отличное предостережение от опрометчивых шагов.

— Как считаете, экзамен на преодоление жизненных трудностей необходим для человека?

— Он обязателен. Жизнь — борьба, а мы — солдаты. Но перед этим экзаменом человеку необходим курс обучения, и вот тут на первое место в школьной программе я бы поставил русский язык. Человек должен грамотно изъясняться, излагать — грамотно мыслить. Не так, как мы слышим это сегодня с телеэкранов или по радио. А на второе место я бы поставил по значимости предметов физкультуру. И лишь затем физику, математику, химию и всё остальное. Потому что умному и грамотному, физически выносливому человеку, личности экзамены на любое жизненное испытание будут по силам: он преодолеет их и обязательно найдёт себя, своё дело, призвание. Ну а о тех, кто не занимается ничем, в пору моей молодости говорили: «Под лежачий камень и портвейн не течёт». (Улыбается.)

— Какие ещё изречения стали для Вас крылатыми?

— «Лет до ста расти нам без старости». (Улыбается.) Именно поэтому свой возраст ощущаю совсем немножко. Стараюсь держать себя в форме, что делал, по сути, всегда. Для меня примером всегда был Владимир Зельдин.

— Нынешняя молодёжь болеет скалолазанием так же, как и прежние поколения?

— Думаю, даже в большей степени. Меня, наверное, можно отнести к представителям третьего поколения, и скажу так: если раньше молодых людей в этот вид спорта влекла романтика, то молодёжь нынешнюю больше заводит экстрим. Скалолазание выбирают многие из них. Так что с молодыми проблем нет. К сожалению, у нас в Красноярске сейчас отмечается другая проблема — снижение числа взрослых спортсменов-скалолазов. Десять-пятнадцать лет назад у нас было столько взрослых спортсменов в сборной России, сейчас всего одна — Аня Цыганова.

— Та самая, которая завоевала звание чемпионки мира?

— Да. Чемпионкой мира она стала в прошлом году, а на недавних соревнованиях в итальянском Кампителло-ди-Фасса стала серебряным призёром чемпионата Европы.

— На предстоящей Олимпиаде, в программу которой включено и скалолазание, будет участвовать кто-то из красноярцев?

— Мы рассчитываем как раз на Анну Цыганову. Очень надеемся, что она подтвердит эту заявку своим успешным выступлением на предстоящем чемпионате мира. Надеемся, что и на первенстве мира, к которому сегодня готовимся, кто-то из красноярских ребят тоже обязательно заявит о себе.

— Олимпийское золото рано или поздно станет трофеем скалолазов из Красноярска?

— Уверен в этом.

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter чтобы отправить нам.

Получить код для вставки в блог

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА
Скалолазание, Столбы

Другие материалы по теме

18:20

Поздравляем именинников!

19 июля — Олег МЕШАЛКИН, ветеран спорта, заслуженный тренер России по греко-римской борьбе; Виталий КУДРЯВЦЕВ, мастер спорта международного класса по вольной борьбе, победитель Международного турнира серии Гран-при “Иван Ярыгин” (1999); Михаил ЦИКЛАУРИ, игрок регбийного клуба “Красный Яр”.

21 июля — Юрий ДЮКОВ, мастер спорта по греко-римской борьбе; неоднократный чемпион мира среди ветеранов.

22 июля — Светлана ФЕДОТКИНА, заслуженный мастер спорта по конькобежному спорту, серебряный призёр Олимпийских игр (1994); Ислам МАТИЕВ, мастер спорта международного класса по вольной борьбе, бронзовый призёр Кубка мира (1997); Кристина ХАЙРУЛИНА, игрок женской футбольной команды “Енисей”.

23 июля — Александр ГУЦИК, заслуженный тренер России по футболу; Алмаз МИРГАЗОВ, мастер спорта международного класса по хоккею с мячом, игрок хоккейного клуба “Енисей”.

24 июля — Сергей КОЧАН, заместитель главы Красноярска, на протяжении 11 лет возглавлявший Красспорт, отличник физической культуры и спорта.