21.01.2011 | №2308

Подвиг сапёра

Автор: Нэля Лактионова

В доме Мавра Николаевича Добровольского — участника Великой Отечественной войны, геолога — уют и взаимопонимание. Живёт ветеран с женой скромно, в однокомнатной квартире, где на книжных полках фантастические поделки его супруги Юлии Михайловны, созданные из корней деревьев. В этом доме нередко собирается вся многочисленная семья 93-летнего фронтовика. В такой атмосфере уважения и любви Мавр Николаевич уверен, что век одолеет: “Я доживу до ста лет, а что — аппетит прекрасный, сон хороший, вот только ноги плохо повинуются”. И немудрено, все четыре года войны, защищая Отчизну, прошагал он тысячи километров от лейтенанта, командира взвода, до капитана 77-го отдельного штурмового инженерно-сапёрного батальона 16-й штурмовой бригады резерва главного командования. А после Победы исходил огромную страну в поисках природных богатств.

Родился Мавр Николаевич во Владивостоке, школу окончил в Красноярске, на горном факультете Иркутского горно-металлургического института учился перед самой войной.

Парня призвали на ускоренные курсы эвакуированного Черниговского военно-инженерного училища, и 7 ноября 1941 года лейтенанты уже были на параде в Куйбышеве. Моросил дождь, на душе тревога, но после сообщения о параде в Москве все воспрянули духом.

— Гордость моя Сталинград, — говорит Мавр Николаевич. — Там мы постоянно готовили сюрпризы захватчикам. Опытный сапёр может так поставить мины, что враг не подберётся. Мы делали всё, чтобы горела земля под ногами фашистов. Жили тогда в землянке, которая находилась у начала рва, выводившего от кургана к Волге. Возводили дзоты, заграждения от танков, минировали подходы. У минёра характерная сгорбленная походка от выполнения задания. Чтобы не стать мишенью, нужно постоянно находиться в полусогнутом состоянии. Отвлечься нельзя, цена ошибки — жизнь. Немецкие сапёры использовали изощрённые методы в виде “бабочек” или мины “С”, от которой идут тончайшие проводки. Чуть заденешь — мина подпрыгивает и взрывается, разлетаясь осколками на высоте роста человека. Наши сапёры нашли способ выжить: сразу падали на землю.

Но порой задачи были с несколькими неизвестными. Был случай, когда при тщательном осмотре в одном из украинских городков здания райкома партии мин не обнаружили. Спустились в подвальное помещение, и там тоже вроде ничего подозрительного.

— Но что-то интуитивно держало меня, я различил еле слышимое тиканье, которое доносилось из ящиков с хламом, — вспоминает ветеран. — С трудом нашёл в стружках одного из ящиков необычный предмет, похожий на бутылку с цветными кнопками, — часовой механизм с взрывателем. Провода из подвала вели еще глубже — в подпол, где обнаружилось 500 килограммов тола. Через несколько часов город с жителями взлетел бы на воздух. Мину обезвредили, потом забрали в штаб, устройство было неизвестного нам, нового образца. Потом, в мирное время, мне часто снилась эта ситуация и ещё тяжёлый выход из окружения в первый год войны. Сапёры шли впереди войск при наступлении, чтобы обезвредить путь нашим войскам, и последними при отступлении, минируя путь захватчикам.

После Сталинграда путь лежал на Запад, наши форсировали Западный Буг, Вислу, Одер, участвовали в боях за взятие Берлина, освобождение Праги. Жители Праги встречали очень хорошо, угощали вином, печеньем. Даже оторвали пуговицы на сувениры, еле тогда удержал звёздочку на пилотке.

— Я очень люблю свою профессию геолога и ненавижу войну, которая разлучила меня с семьёй и работой, — рассказывает ветеран. — Но защита Родины — святое дело. Демобилизовался я в 1946 году, предварительно написав письмо министру цветной металлургии Ломако с просьбой вернуть меня к любимой работе. Дома навстречу мне выбежала незнакомая девочка — моя дочь, которая выросла в моё отсутствие. Все годы войны поддерживали письма жены и мамы. Отец, капитан дальнего плавания, был осуждён как “японский шпион”, правда, потом его реабилитировали. Это горе как-то скукожило мою душу, и, когда предложили написать заявление в партию, ответил, что пока ещё многого не понимаю. Я действительно не понимал, как можно было заточить тысячи невинных людей.

Старшая дочь Мавра Добровольского, Людмила, рассказывает: “Я горжусь отцом, он награждён тремя орденами Великой Отечественной войны, орденом Красной Звезды, медалями: “За оборону Сталинграда”, “За взятие Берлина”, “За освобождение Праги”, “За победу над Германией в Великой Отечественной войне”. В 1987 году получил знак “Отличник разведки недр”. Отец участвовал в организации Музея геологии Центральной Сибири, составил “Библиографический справочник по геологии и полезным ископаемым Красноярского края”, принимал участие в исследовании спелеологических пещер: Баджейской, Бирюсинской, Торгашинской и других, помогал молодым геологам”.

Сотрудники музея геологии Центральной Сибири называют своего почтенного коллегу “старой гвардии солдат”, себя — “войском, вышедшим на парад”, чтобы поклониться Мавру Николаевичу Добровольскому.

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter чтобы отправить нам.

Получить код для вставки в блог

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

Другие материалы по теме

вчера 18:37