Новости
Проклятие Тамерлана
Суть этого довольно распространённого мифа такова: в 1941 году в Самарканд приехала государственная комиссия, в задачу которой входило исследование захоронений мавзолея Гур-Эмир, где предположительно (тогда были в этом сомнения) находились могилы не только тимуридов (сыновей и внуков Тамерлана), но и тело самого «Великого Хромого», победителя Золотой Орды и создателя огромной средневековой империи. И якобы на могиле Тимура (Тамерлана) было выбито предостережение: если её вскроют, то сейчас же разразится величайшая война. Саркофаг с телом «завоевателя вселенной» открыли в ночь на 22 июня.
В массовое сознание одним из первых эту легенду запустил популярный автор 1990-х годов ныне покойный Игорь Бунич. В его книге «Золото партии» излагается весьма оригинальная версия тех событий. Якобы Сталин поставил задачу сконцентрировать всё золото и драгоценности в руках государства, для чего «перепахали все кладбища». Тамерлан же, как известно, совершал грабительские походы в Персию, Закавказье, Малую Азию, Индию и, как, видимо, считал Бунич, унёс награбленное богатство с собой в могилу. «В мае 1941 г. большая команда московского НКВД, сопровождаемая экспертами ленинградского Эрмитажа, выехала в Самарканд для вскрытия гробницы», - пишет Бунич. Приехавшие увидели «предостерегающую надпись, выбитую на гробнице в год смерти Тамерлана. Надпись предупреждала, что тот, кто осмелится потревожить покой усопшего властелина и вскрыть гробницу, выпустит на свою страну страшных демонов опустошительной войны».
На самом деле подобные надписи встречались на захоронениях многих восточных властителей Средневековья (а ещё раньше на могилах фараонов), только на многотонном надгробье Тимура её не было. На воротах же мавзолея пять совсем незловещих изречений: «Сказал Пророк, да будет над ним мир: счастлив тот, кто откажется от мира раньше, чем мир откажется от него; приготовит себе могилу раньше, чем войдёт в неё; угодит своему Господу раньше, чем свидится с Ним», «Сказал Аллах благословенный и всевышний: кто войдёт сюда, тот найдёт спасение!» и т. п. И НКВД к экспедиции не имел никакого отношения, если не считать того факта, что некоторые учёные успели к тому времени побывать в сталинских тюрьмах и ссылках.
Идея вскрыть усыпальницу Тимуридов возникла в Комитете Навои (в СССР в 1941 году 500-летие великого поэта и философа отмечалось на государственном уровне). Алишер Навои воспитывался вместе с детьми тимуридских детей, дружил с султаном Хусейном, будущим владыкой Хорасанского государства и тоже поэтом. В связи с юбилеем Навои был всплеск научного интереса к средневековому прошлому Средней Азии. Узбекский филиал Академии наук хотел убедиться в насильственной смерти внука Тимура - великого просветителя Улугбека; проверить версию, что Тимур захоронен в мавзолее Гур-Эмир (тогда многие считали, что его могила находится в афганском городе Герате). Правительство СССР разрешило вскрытие, несмотря на неоднозначное отношение к такому «надругательству» местного населения. Была создана государственная комиссия во главе с заместителем председателя Совнаркома Узбекистана Ташмухамедом Ниязовичем Кары-Ниязовым - видным учёным и будущим первым президентом Узбекской Академии наук.
В комиссию входили востоковеды, археологи, архитекторы, химики, медики. Консультировал экспедицию главный интеллектуал советского Востока Садриддин Айни, чудом спасшийся от сталинских застенков. Пригласили в комиссию и основоположника всемирно известной иркутской школы археологии и антропологии молодого Михаила Михайловича Герасимова, которого во всех публикациях упорно именуют руководителем этой экспедиции, хотя в её состав входили вдвое старше и титулованнее его - А. А. Семёнов и Л. В. Ошанин. Герасимов после расстрела в Иркутске его учителя Б. Э. Петри переживал непростые времена. Он не был специалистом по Востоку, Комитету Навои его, видимо, порекомендовал директор Эрмитажа, академик И. А. Орбели. Дело в том, что в 1938 году 30-летний Герасимов доказал возможность портретной реконструкции по черепу. Одинаковых черепов в природе не бывает, Герасимов утверждал, что можно восстановить оригинальную внешность любого человека. Его называли шарлатаном. Была проведена серия контрольных опытов. Антропологу дали череп папуаса, которого когда-то привёз в Россию Миклухо-Маклай, его фотография хранилась в Музее этнографии. И Герасимов воссоздал портрет папуаса, хотя ему говорили, что это череп европейца. Затем ему дали череп «родственника одного писателя». Как выяснилось, он принадлежал матери Достоевского и реконструкция Герасимова полностью совпала с её прижизненной фотографией. Из московского морга в Ленинград посылали черепа бомжей, и Герасимов восстанавливал их внешность. Наконец, в Софийском соборе в Киеве была вскрыта гробница Ярослава Мудрого, изображения князя тогда были неизвестны. Однако после реконструкции Герасимова в соборе под слоем поздней штукатурки была обнаружена фреска - сходство оказалось поразительным.
Вскрытие усыпальницы Гур-Эмир было делом деликатным. Члены комиссии жили под охраной на правительственной даче. Тимур тогда не только во всём мире, но и в самой Средней Азии считался безусловным злодеем. Это в современном Узбекистане его изображение (кстати, герасимовское) - на денежных банкнотах; его монументы заменили памятники Маркса советской эпохи (в это, видимо, вкладывался сакральный смысл: Тамерлан победил Маркса). Но сам мавзолей считался у населения священным местом религиозного поклонения. Поэтому разрешение на вскрытие могил было получено не только у правительства, но и у исламских авторитетов Узбекистана и Таджикистана. Старейшинами-муллами была создана специальная комиссия, которая следила за тем, чтобы не были нарушены традиции и законы шариата.
Ничего неизвестно, чтобы эти муллы предупреждали о злом духе войны в гробнице Тамерлана. Легенда была порождена простым хронологическим совпадением. Но оказалась чрезвычайно живучей. Друг Герасимова академик Б. В. Раушенбах писал, что накануне к антропологу пришли с предупреждением местные старики. Но это вряд ли, поскольку не в восточных традициях. Герасимов был самым молодым членом экспедиции и вовсе не начальником, к тому же не знал местных языков. Старики скорее пошли бы к Кары-Ниязову или к великому ориенталисту Александру Александровичу Семёнову, который ещё при царе был вице-губернатором Самаркандской области, его уважали бухарские эмиры и почитали все среднеазиатские авторитеты. В 1930-е годы он сидел в тюрьме в Душанбе, охранники из местного населения ходили ему поклоняться и сами носили из дома еду. Его по праву называли шейхом Туркестана, ученики среднеазиатского академика (он умер в 1958 году) оставили десятки томов воспоминаний, но ни о каком проклятии Тамерлана он не рассказывал.
Правда, в мемуарах Кары-Ниязова, вышедших в Москве в 1970 году, говорится о каких-то стариках. Но возрождение или даже правильнее - подлинное рождение легенды произошло уже в XIX веке. В 2004 году канал РТР показал фильм «Проклятие Тамерлана», основанный на воспоминаниях единственного живого участника вскрытия гробниц тимуридов Малика Каюмова - одного из основоположников узбекского кинематографа (его первый фильм вышел в 1929 году), легендарного кинооператора военной эпохи, Героя Соцтруда. К 1941 году он уже считался классиком (Большая золотая медаль на всемирной кинематографической выставке в Нью-Йорке, орден «Знак Почёта»), его прикомандировали к комиссии Кары-Ниязова, чтобы он снимал хронику работы экспедиции. Малик Куюмович умер в прошлом году почти в 100-летнем возрасте абсолютно в здравом уме. Но фильм построен на его фантазиях. Зачем старый заслуженный человек занялся мифотворчеством и навыдумывал деталей - большая загадка.
Суть его «воспоминаний» такова: к нему в чайхане подошли старцы, у которых в руках была древняя книга на арабском языке и сказали: «Здесь написано, если потревожите прах Тимура, начнётся большая война». Он позвал Садриддина Айни. Классик якобы накричал на стариков и прогнал их. (Таджикская интеллигенция не простила Куюмову этот рассказ.) В 1942 году на фронте Куюмов рассказал эту историю Г. К. Жукову. Маршал доложил Сталину. Тут же был отдан приказ немедленно захоронить останки Тимура. И как только их вернули в мавзолей, Красная Армия разгромила немцев под Сталинградом и началось её победоносное шествие.
Про разговор Куюмова с Жуковым известно только со слов Малика Куюмовича. Жуков, как и другие советские маршалы (особенно Толбухин, Говоров и Чуйков), серьёзно относился к религиозным вещам. Над Сталинградом по прошению митрополита Илии на самолёте была пронесена икона Казанской Божьей Матери (список с неё был передан Московской патриархией Казанскому собору в Волгограде в 2005 году к 60-летию Победы). Сам Жуков возил с собой образ Казанской Божией Матери. Но весьма сомнительно, чтобы он ставил перед Сталиным вопрос об останках Тамерлана. С такой просьбой не обращался ни один религиозный авторитет, а в то время как раз шла подготовка к созданию в СССР трёх духовных управлений мусульман - Средней Азии и Казахстана, Северного Кавказа и России.
Эта легенда живёт своей жизнью. Существует в искусстве («Дневной дозор» Бекмамбетова по книге Сергея Лукьяненко), в журналистике, в Интернете. На самом деле, конечно, не было никакого проклятия. А захоронили останки ровно после того, как Герасимов закончил с ними работать.