Красноярский музыкальный театр 9 февраля представит премьеру — трагифарс по одноименной повести Н.В. Гоголя. Она пройдёт в большом зале Института искусств им. Дмитрия Хворостовского. Капитальный ремонт большой сцены музыкального театра — приятная причина для встречи «в гостях».

«Шинель» 12+ в постановке Джеммы Аветисян — сложный психологический пазл.  Был ли Акакий Акакиевич Башмачкин жертвой непреодолимых обстоятельств на самом деле? Его судьба здесь – не приговор «маленькому человеку», а череда личных выборов.

— Мы его не жалеем. Акакий Акакиевич — условный офисный работник, которого всё устраивает. Он интроверт, ему хорошо в его микромире. Мы видим подтверждение этому в самом начале, когда он отказывается от повышения. Этот самый маркер дает нам понимание, что он не несчастный. Это человек, которому давали возможности, и он просто ими не воспользовался, — делится режиссер. — Человек сам выбирает свой путь.

Фото: пресс-служба Красноярского музыкального театра

В постановке задействованы всего четыре артиста. Каждый из них исполняет от двух до пяти ролей. Также есть чемоданы — ключевой образ сценографии, — символ перемен, движений и бюрократической сумки-дипломата. Они постоянно трансформируются, выстраивая пространство дома, департамента, Петербурга.

Костюмы скроены современно, но в стилистике XIX века. В пресс-службе театра уточняют, что цветовое решение также метафорично. Например, фиолетовый — цвет роскоши, богатства и пошлости, — цвет Значительного лица. Акакий же на протяжении всей постановки остаётся серым, «бесцветным». Так зритель может дать ему собственную оценку и цвет.

В «Шинели» также будут отсылки к немому кино. 

— У нас Башмачкин — не старый, седой, некрасивый человек, каким мы привыкли видеть его на множестве иллюстраций. Акакий — молодой мужчина, который, как Чаплин, построен на неуклюжих гэгах. Он смешной. В том числе поэтому мы позиционируем жанр как музыкальный трагифарс. Это не драма и не абсолютная комедия, там есть сцены, которые берут за живое. Мы хотим показать Акакия разным: то сконцентрированным на работе, то влюблённым. Да, иногда ему больно, и он страдает, а порой он азартен и чувствует себя королём в новой шинели, — рассказывает Джемма Аветисян.

Фото: пресс-служба Красноярского музыкального театра

Музыка в спектакле — полноценный участник действия, кинематографичный саундтрек к жизни Башмачкина, к гоголевскому Петербургу. В ней есть место джазу, мюзиклу и академическим направлениям. Композитор — Мурат Кабардоков.

— Самый сложный образ, разумеется, у Башмачкина, соответственно, его музыкальное решение довольно разнообразно: от «рохли» в общении до собранности в работе и ярости, с которой он обрушивается на обидчика перед смертью, — делится Мурат Кабардоков.

Либретто написал Олег Ернев. Он бережно сохранил дух и фабулу гоголевской повести, усилил эмоциональные акценты и добавил юмора и света. Так контраст с трагедией стал еще острее.

—  Моей задачей было написать либретто, которое соответствовало бы замыслу Гоголя и одновременно современному прочтению в его театрально-музыкальной форме. Хотелось немного раскрасить светлыми красками эту очень грустную повесть. Поэтому некоторые сцены я эмоционально усилил, внеся немного юмора, например сцена прохода в новой шинели. Хотелось увеличить и продлить радость обладания, чтобы показать, как оглушительна оказалась её потеря, — комментирует Олег Ернев. — Особый акцент мы сделали на эпизоде, где Акакий учит хозяйку азбуке, изображая буквы телом, — это показывает, какой талант таится в глубине души этого человека.

Красноярцев ждёт спектакль-размышление о личной ответственности, страхе перемен и иллюзиях, которые часто носят как прохудившуюся шинель. 12+