История Фетцова вызывает уважение и даже восхищение. Четыре года он был игроком ротации, первого номера в нём не видели. В прошлое межсезонье красноярский клуб покинул Роман Мурашко. Виталию выпал шанс, который он использовал даже больше, чем на сто процентов. Команда выдала один из лучших сезонов в своей истории, и представить нынешний «Енисей» без Фетцова в старте совершенно невозможно.

 

Ответственность и уверенность

 

 — Перед началом чемпионата многие прогнозировали «Енисею» в лучшем случае борьбу за первую десятку. Вы шли в шестёрке, по итогу заняли седьмое место и выступили лучше, чем в прошлом чемпионате.

 — Прогнозы и ожидания от кого бы то ни было — это их право. Мы же выходим и играем. Всё решается именно на площадке. Главный залог нашего результата — атмосфера в коллективе. В плане ментальности, собранности, сплочённости — это, пожалуй, самый сильный «Енисей» за всё время, что я здесь играю.

 — Мне думается, переломным моментом стал победный матч с санкт-петербургским «Зенитом». После того успеха стало ясно, что этот «Енисей» способен на многое. Согласен?

 — Мы и так неплохо начали, а та победа придала нам ещё больше уверенности в своих силах. И в целом после прошли по сезону ровно.

 — А когда к тебе пришло понимание, что ты не просто игрок, который помогает, но и делает разницу?

 — Понимание и уверенность пришли, когда стал больше играть. Если выходишь на двойную замену, на подачу, интуитивно понимаешь, что главная задача — не ошибиться. Когда же играешь много, регулярно — в старте, здесь уже можешь больше рисковать, что-то придумать, сыграть нестандартно, и многое начинает получаться. Я понимал, что, если где-то ошибусь, моментально замены не последует.

 — Но в любом случае одно дело быть игроком ротации и совсем другое — человеком, от которого ждут результата. Как справлялся с новой ролью и этим давлением?

 — Определённые переживания были. Понятно, что ответственность поначалу давит. Но когда ты на площадке, все сомнения уходят, тебе хочется играть и побеждать, приносить ещё больше пользы команде. Раньше я выходил, когда что-то не получалось у того же Ромы Мурашко, на партии, которые уже не спасти и, даже хорошо сыграв, особого влияния на результат не оказывал, а дальше возвращался на лавку. Сейчас чётко понимаю, что ко мне больше требований не только со стороны тренерского штаба, но и от партнёров по команде, болельщиков. Это, конечно, совсем другие ощущения. Они мне гораздо больше нравятся, чем наблюдать за матчами со стороны. Играть всем хочется.

 — «Енисей» в этом сезоне обошёлся без серьёзных спадов, но случилась заминка на стыке 2025 и 2026 годов, когда вы проиграли четыре матча подряд. В том числе довольно неожиданно уступили в Сургуте и Уфе. Что тогда пошло не так?

 — Такой длинный турнир без подобных моментов пройти практически невозможно. Тогда у нас были разговоры внутри коллектива. Пытались понять, что не так. Я сам несколько игр не мог ничего хорошего показать, но чётко понимал, что такие спады бывают у любого спортсмена, нужно просто как можно быстрее прийти в себя, чтобы такое не затянулось надолго.

Словом и делом

 

 — В чём лично для тебя разница между регуляркой и плей-офф?

 — Разница колоссальная. В длинном чемпионате ты можешь оступиться, по голове за это не погладят, но все понимают, что ничего критичного по большому счёту не происходит. На самом деле мы сыграли 30 поединков в регулярке для двух игр квалификации с «Газпромом-Югрой», в которых уже не было права на ошибку. Проходишь этот этап, и уже начинается настоящий плей-офф, а если не получается — даже хороший сезон, по сути, будет считаться потерянным и неудачным. Вот мы хорошо шли по чемпионату, а приехали бы в Сургут и проиграли, в ответке дома ножки бы уже задрожали. Кто знает, как бы всё сложилось. И та же победа над «Зенитом», и остальные успехи — всё сразу было бы забыто. Так получилось в прошлом году с «Кузбассом». Выиграли первый матч, где-то уже мысли были о четвертьфинале с Казанью, но дома без шансов уступили 0:3, и всё закончилось. В плей-офф совсем иной накал, другие чувства и переживания. Матчи на вылет не прощают минимальной потери концентрации. Это уже совсем другая игра. Вот в Сургуте в начале первой партии соперник набрал пять очков, из них четыре мои ошибки. Думаю, это стало следствием излишних волнений и переживаний. Потребовалось время, чтобы прийти в себя. Хорошо, что быстро очухался и помог команде победить. Плюс если в регулярке есть какое-то повреждение, лучше поберечься, матчей много. В плей-офф, выходя на площадку, о боли забываешь. Ты же весь сезон играл и старался ради этих поединков.

 — После первого матча с Сургутом стало понятно, что «Енисей» на тот момент сильнее. Но ты сам вспомнил о фиаско с «Кузбассом». Проговаривали внутри коллектива, как на этот раз избежать подобного?

 — Конечно, обсуждали. Саша Янутов говорил, что да, в прошлом году обожглись, но давайте на этот раз всё сделаем как надо. «Кузбасс» тогда приехал максимально заряженным, настроенным «умирать» в каждом розыгрыше, мы оказались к этому не готовы. У «Газпрома-Югры» были некоторые проблемы с составом, и только во второй партии у нас возникли определённые проблемы. Но расслабленности с нашей стороны не было никакой, Сургут попёр, пошёл ва-банк, а мы понимали, что надо перетерпеть. В итоге выстояли, переломили и выиграли.

 — Этот камбэк с Сургутом не что-то особенное для сегодняшнего «Енисея». Было достаточно матчей, где вы возвращались в игру, когда казалось, что всё уже потеряно. Команды с таким характером, я, пожалуй, не видел в Красноярске никогда. При этом, если брать раскладку по сезонам, часто составы по именам были сильнее. А сейчас я вижу коллектив без ярко выраженных звёзд, но спаянный в одно целое, где каждый из парней готов всегда подстраховать и выручить партнёра.

 — Максимально близко к истине. Повторюсь, у нас была очень сильная раздевалка. Я даже не вспомню, чтобы кто-то обижался или что-то подобное. Были споры, но это нормально в мужском коллективе. В рабочем процессе, на тренировках, в играх мы всегда старались поддерживать друг друга словом и делом. И Юрий Иванович Филиппов постоянно говорит о том, что надо уметь терпеть и знать, если тяжело, сложно, неудобно, где-то отыграйся от блока, тебя подстрахуют. Наш главный тренер прививал чувство коллективной игры без ярко выраженного лидера. Не пошло у одного, поможет другой. Инициативу мог взять на себя любой игрок, любого амплуа. Макс Крескин переломил матч с «Зенитом», где-то я на первый план выходил, где-то Жига Штерн, Рус Галимов или наши центральные. Секрет, думаю, в том, что мы всегда чувствовали плечо партнёра и доверяли друг другу на площадке.

 — В тексте по итогам регулярки я выразил мысль, что эта команда максимально похожа на своего главного тренера. Юрий Иванович при общении о волейболе и не только очень располагает к себе, и команда сейчас у вас такая же располагающая, за которую хочется болеть.

 — Наверное да. Мы как олицетворение тех принципов и позиций, которых Иваныч придерживается в игре и в жизни. Всегда есть победитель и проигравший, но каждый из нас понимает: если отдадим на площадке всё, что у нас есть, болельщики это оценят вне зависимости от результата.

 

Седьмое место не потолок

 

 — Давай о четвертьфинале с «Зенитом». Когда в красноярском матче вы выиграли вторую партию, мне подумалось, что теперь возможно всё. На мой взгляд, это вообще был один из лучших сетов в сезоне в вашем исполнении. Почему дальше не получилось?

 — Партия хорошо сложилась. Скрывать не буду, после неё у меня появились мысли, что мы сейчас ещё добавим, выиграем и поедем на третий матч в Санкт-Петербург. Но… Что-то сломалось в нашем механизме.

 — Получается, эта партия стала последним блестящим аккордом и после неё уже не осталось сил?

 — Силы точно были. Мне кажется, у нас появилась нотка уверенности, которая почему-то переросла в самоуверенность. Вдруг стали много ошибаться, появились вещи, которых не должно было быть.

 — Этот четвертьфинал и достойное поражение от Санкт-Петербурга — потолок для нынешнего «Енисея»?

 — Я считаю, что, если бы всё сошлось, могли бы зацепить домашний матч и сыграть с «Зенитом» ещё раз. Конечно, с топами бороться на равных тяжело, а порой и невозможно, но в хороший день на кураже мы можем обыграть любого. Если смотреть по сезону, то совсем без шансов у нас получилось только с московским «Динамо». Максим Сапожков именно с нами вставал с правильной ноги, ему просто нереально было противодействовать. А со всеми остальными боролись и имели свои шансы.

 — В «Енисее» два связующих (Максим Крескин и Константин Осипов) совершенные антиподы по манере игры. При этом, кто бы из них ни находился на площадке, качество не проседает. Получается, нападающие готовы и к риску Крескина, и к надёжной манере Осипова?

 — Они действительно совершенно разноплановые. Макс может выйти и всё перевернуть с ног на голову, как было с Питером в регулярке. У Кости более классическая манера, чаще задействует края, нагружает диагональ, но при этом он очень хорошо чувствует момент, когда с четвёртого метра можно первому темпу отдать, к примеру. На риск Осипов более чем способен. Крескин любит играть в центре, может буквально замучить соперника пайпами.

 — Тебе с кем из них комфортнее?

 — Оба потрясающие партнёры. Но как уже сказал, Макс любит игру через центральных, и в целом у него более или менее равная загрузка нападающих, а я чувствую себя максимально комфортно, когда постоянно погружён в игру. Поэтому выберу Костю только потому, что с ним больше атакую.

 — Словенец Штерн стал, пожалуй, главным открытием сезона среди легионеров по соотношению цена — качество. Как ему так быстро удалось стать своим в «Енисее»?

 — По Жиге сразу стало понятно, что он свой. Влился в коллектив, будто играл здесь уже много лет. Профессионал с большой буквы. Умеет на площадке всё и всегда пашет на команду. Не получается в атаке — начинает тащить в защите. Очень приятно играть с таким волейболистом и человеком, хотя так могу сказать про любого в «Енисее».

 — Какую оценку ты поставишь команде за этот чемпионат?

 — Давай так, задачу выполнили? Да. Игры яркие удавались? Да. В плей-офф поборолись? Поборолись. Люди ходят на нас смотреть? На протяжении моих пяти лет в «Енисее» вижу, что количество зрителей увеличилось в среднем — не только с топами, а на каждой игре. Уже твёрдая четвёрка.

 — Я бы добавил как минимум плюс за то, что превзошли ожидания большинства. Честно говоря, не особо верил в подобный результат, предполагал перед сезоном, что остановитесь на квалификации. Рад, что ошибся.

 — Ну, за эти ожидания перевыполненные, да, плюс ещё накинуть можно.

 

Волейбольный дом

 

 — Часто слышал, что Виталий Фетцов коренной красноярец, но ведь ты родился в Иркутской области.

 — Тут надо разделять обычную жизнь и волейбол. Я родился в городе Усть-Кут в Иркутской области, когда был совсем маленький, родители переехали в Братск, и до 16 лет жил там. Потом с командой поехали играть в Зеленогорск на турнир, и там меня заметили и позвали на сборы в Красноярск. Отбирали парней 1994–95 годов рождения. Нас приезжих было человек пять-шесть. Прошли сборы, сказали спасибо и попрощались. Приехал в Братск, и через три дня звонит Юрий Львович Маринин, говорит, приезжай, мы тебя берём. Честно говоря, я тогда вообще не понимал, что это всё значит, даже не думал, что уже попал в мир волейбола. Когда первую зарплату получил, подумал: «Чего? Тренируюсь, играю, кайфую, ещё за это и деньги платят?»

У меня мама ещё долго не верила, что волейбол — не просто развлечение, а работа. Родители всегда настаивали на образовании. Говорили: «Играй, но учёба важнее». Спасибо им за это. Если бы не пинали меня, то я бы совсем учёбу забросил.

Так вот, родился и детство провёл в Иркутской области, но волейбольным домом считаю Красноярск. Здесь прошёл становление как спортсмен, создал семью, повзрослел в конце концов. Кстати, родители долгое время вообще волейбол не смотрели. Но последние года три смотрят даже ночные матчи. Мама всегда после игр голосовое отправляет с поддержкой, а с утра уже созваниваемся.

 — Есть множество примеров, когда игрок год-два-три спокойно сидит на замене, тренируется, живёт в своё удовольствие, эсэмэсочки зарплатные приятные приходят, и всё здорово. А ты эту систему переломил, шанса ждал долго, но, когда он выпал, оказался к нему готов на сто процентов.

 — Я же не просто сидел, никакой самоуспокоенности, всегда хотел играть, где бы я ни был. И в молодёжной лиге в Красноярске в первый этап в «Енисее». И в Высшей лиге «А», где сезон провёл практически без замен, и в МГТУ, где делили время 50 на 50 с другим диагональным. Потом два сезона в Оренбурге, где один сезон был в старте, а второй — на замене. Следом год в Нижнем Новгороде, там пересёкся с Юрием Ивановичем и был вторым диагональным, но несколько матчей провёл полностью. Когда Филиппов перешёл в «Енисей», он позвал меня с собой, а я был очень рад вернуться в Красноярск, пусть и понимал, что пробиться в старт будет трудно.

 — Мне кажется, Юрию Ивановичу ты был необходим в плане характера. Находясь на замене, будешь работать и готов вступить в игру в любой момент, не внося никакой токсичности в коллектив из-за того, что не играешь постоянно, а ведь разные случаи бывают, когда запасной злится и портит атмосферу.

 — Таких случаев много на самом деле, сам не раз был свидетелем. От меня же негатив в такой ситуации никогда не исходил. Да и вообще в «Енисее» подобного не было, Иваныч и близко таких персонажей не подпустил бы к команде. Когда в «Енисей» берут игрока, учитываются не только статистические данные, но и человеческие качества.

Я внутри боролся с собой. Смириться, что ты запасной, невозможно же. Возникали мысли о переходе порой. С супругой обсуждали. Но на моей работе это никак не отражалось. Тренировался, терпел и ждал шанса. Хотя терпение — не совсем правильное слово. Я кайфую от волейбола, от игр, от тренировок, от общения с тренерами и партнёрами. Сложиться могло как угодно, но рад, что остался в «Енисее». В этом сезоне команда играет хорошо, а я помогаю чем могу.

 — Читал интервью Крескина, где Максим рассказывал про розыгрыши в «Енисее». То в самолёте изображал ржание лошади, то в халате ходил по городу. И ещё он отметил, что Фетцов самый весёлый в коллективе и вообще способен на любые авантюры.

 — Люблю пошутить, да. А Макс в плане исполнения вообще безбашенный, ему ничего не стоит что-то такое выдать. Я же точно не исполнитель, а скорее один из создателей подобных розыгрышей. Самым же придумщиком в этом плане у нас был Кирилл Урсов. Кстати, в этом сезоне чего-то эдакого даже не припомню. Хотя вот в Кемерове на командном ужине подбили Макса, чтобы он приставил к нашему обычному столу барный стул и сидел на нём. Он, естественно, согласился, возвышался над всеми как король, мы нормально едим, а он тарелки на весу держит. Посмеялись.

 — Тренеры как реагируют на подобное?

 — Положительно, если это работе не мешает. Да и Юрий Иванович с Юрием Львовичем тоже могут пошутить, разрядить обстановку, это тоже показатель прекрасной атмосферы в коллективе.

 — Комментировал матч с «Зенитом», в одном из эпизодов ты забил сумасшедший мяч, и я отметил, что Фетцову, собственно, нечего бояться, ведь он лучший сезон в жизни проводит. Согласен? Лучший сезон?

 — Согласен, но легко вскочить на коня, сложно на нём удержаться. Понимаю, что спрос теперь будет другой, но пока об этом совсем не думаю. Сезон ещё не завершён. Матчи Кубка России. Потом отпуск. Вот на отдыхе всё это переварю и подумаю. Снижать требований к себе не собираюсь и надеюсь, что лучший сезон у меня ещё впереди.

 

Досье

 

Виталий ФЕТЦОВ, волейболист, диагональный

 

Дата и место рождения: 24 января 1995 года, город Усть-Кут (Иркутская область).

Карьера: Когда Виталий был совсем маленький, семья переехала в Братск, где и начал заниматься волейболом в 2007 году у тренера Владимира Скурата. В 2011 году переехал в Красноярск, где играл за молодёжную команду «Енисей». Также выступал за «Трансгаз-Ставрополь» (Георгиевск), МГТУ (Москва), «Нефтяник» (Оренбург), «АСК» (Нижний Новгород). В 2020 году вернулся в «Енисей». В этом сезоне впервые стал основным диагональным красноярцев.

Достижения: серебряный (дважды) и бронзовый призёр Высшей лиги «А».