Лето, раскрытые настежь окна общежитий студгородка и льющая из этих окон музыка. Таким было первое знакомство Алексея Шумакова с Красноярском. “Я тогда чётко осознал: если поступлю в политехнический институт, то буду здесь жить и учиться”, — вспоминает сегодня ветеран спорта, именитый борец классического стиля. А тогда он даже и подумать не мог, что станет одним из первых красноярских олимпийских чемпионов по греко-римской борьбе, а позже ещё и почётным гражданином нашего города.

— Алексей Васильевич, а почему Вы решили поступать в политехнический институт, а не выбрали факультет физической культуры и спорта?

— В то время я больше тяготел к техническим наукам, увлекался радиотехникой, фотографией. Поэтому и решил поступать в этот вуз. За два месяца до окончания школы серьёзно засел за учебники, сам готовился, никто меня не подгонял. Желание учиться в политехническом институте было огромным. И ведь именно там я сначала стал заниматься гимнастикой, а на втором курсе пошёл на борьбу. В то время наш институт называли в шутку спортивным обществом с политехническим уклоном. И это вполне обоснованно, спортивная база там была великолепная. Помимо секции борьбы на хорошем уровне играли в волейбол, в хоккей с шайбой. К слову, многие игроки “Сокола” выходцы из политеха. Бокс был ещё сильно развит.

— В сборной страны Вас называли “маленьким танком”. Кто автор этого амплуа?

— Сразу скажу, “маленьким танком” меня прозвали не потому, что я танкист. (Смеётся.) Просто боролся я всегда с таким напором, причём от начала и до конца поединка, что наш тренер Виктор Михайлович Игуменов и прилепил мне такую кличку. Замечательный был специалист, профессионал. Кандидат педагогических наук, пятикратный чемпион мира, именно он готовил команду к Олимпиаде в Монреале. Игуменов сумел мастерски подвести сборную к этим Играм и в техническом плане, и в психологическом. На Олимпиаде в Монреале мы установили рекорд, который так никто и не побил и, наверное, уже не побьет. Из десяти медалей мы завоевали все десять. Из них семь золотых, две серебряных и одну бронзу. Сейчас таких результатов не показывают, да и весовых категорий уже столько нет.

— Помимо Виктора Игуменова кого ещё считаете своими поводырями по жизни?

— Людей, которые в моём становлении сыграли значительную роль, немало. Это и Геннадий Ковалёв, который на общественных началах показал мне первые приёмы борьбы. Очень много сделал и мой тренер Фёдор Иванович Павловский, сейчас его, к сожалению, уже нет в живых. Конечно же, нельзя не сказать о Дмитрии Георгиевиче Миндиашвили, который в своё время создал школу высшего спортивного мастерства (ШВСМ) под наши с Иваном Ярыгиным результаты. Позже она преобразовалась в академию, которая на сегодня считается одной из лучших в мире. И по спортивным характеристикам — в здании задействован каждый квадратный метр, — и по результатам, и по тренерским кадрам. Отмечу и Николая Дмитриевича Валова, он сделал всё, чтобы я остался в Красноярске.

— Признайтесь, ни разу не жалели, что не сменили место жительства? Предполагаю, что после триумфа в Монреале заманчивых предложений Вам поступало немало.

— Действительно, когда я был в расцвете своих борцовских сил, предложений о переезде поступала масса. И в Ашхабад звали, и в Киев, и в Люберцы… И я просто счастлив, что не уехал из Красноярска. В своё время меня и моего друга Толика Быкова, тоже олимпийского чемпиона Монреаля, звали в ЦСКА. Быков отказался и уехал в Канаду, он до сих пор живёт в Монреале. Но сначала по приезду в эту страну был пять лет невыездным — то гражданство получал, то кредиты. В итоге в Россию смог выбраться только год назад! Я ему в этом плане не завидую. Да и из состоявшегося между нами разговора с Анатолием пришёл к выводу, что отношение Канады к России сейчас, в связи с событиями на Украине, не совсем адекватное. Чувствуется какая-то озлобленность, агрессия. Даже Быков в беседе возмущался, мол, что вы творите, зачем вам этот Крым нужен… А ведь мне Канада запомнилась как одна из лучших стран. После победы в Монреале нас оставили на церемонию закрытия Игр, так что было время поездить по кварталам, пообщаться с людьми, там очень много русскоязычного населения. Так что ни о чём я не жалею. К слову, многие мои знакомые, хотя бы однажды побывав в Красноярске, не хотят отсюда уезжать.

В последнее время столица края сильно изменилась. И в архитектурном плане, и в культурном, и в бытовом. Взять хотя бы события, которые у нас проходят: Красноярский экономический форум, музыкальный фестиваль стран Азиатско-Тихоокеанского региона…

— А в 2019-м у нас ещё и зимняя Универсиада пройдёт.

— Для Красноярска это уникальное событие. Помню, как мы в своё время пробивали Спартакиаду народов СССР. Начиналось всё с моего вопроса, который я, как делегат XVIII съезда комсомола, адресовал Сергею Павлову, председателю комитета по физической культуре и спорту при Совете министров СССР: “Возможно ли проведение Спартакиады у нас в Красноярске?”. Получив такое право, в краевой столице появилась прекрасная по тем временам база по зимним видам спорта. Сейчас она, конечно, устарела, требует серьёзной модернизации и реконструкции, но в связи с Универсиадой, думаю, это возможно сделать.

— Алексей Васильевич, как почётному гражданину города, какие-то вопросы приходится решать?

— Во-первых, я состою в наградной комиссии города, и там много приходится решать вопросов по судьбам людей, по наградам. Во-вторых, это задачи краевой федерации греко-римской борьбы. Когда я уходил на тренерскую работу, во всеуслышание заявил, что у нас будут олимпийские чемпионы. И мы добились своего. У нас два олимпийских чемпиона в Пекине, один бронзовый призёр лондонской Олимпиады. Для региональной федерации это успех.

Сейчас я уже, конечно, не на руководящем посту, но, как ветеран спорта, до сих пор в строю, участвую во многих общегородских мероприятиях. В этом году уже в 31-й раз пройдёт турнир по греко-римской борьбе на призы Алексея Шумакова. Начинали мы его как междугородний, тогда в федерации, не помню уже кто именно, при обсуждении того, чьё имя будут носить соревнования, предложил: “Зачем нам искать чужих героев, у нас есть свой — Шумаков, в его честь и назовём”. И мой турнир стал одним из первых, который при живом спортсмене стал носить его имя. Сейчас он является уже всероссийским, цель его — подготовка перспективных борцов в сборную края, с чем мы довольно успешно справляемся. Борьба на этих состязаниях всегда острая, зажигательная. И то, что молодёжь проходит здесь обкатку, большое дело.

— Вы являетесь примером для молодёжи, достигли вершины олимпийского пьедестала, стали заслуженным мастером спорта, судьёй международной категории, пишете научные статьи и монографии. Как человек, добившийся больших высот, мечтаете ли ещё о чём-то?

— Как человек уже поживший, мечтаю, чтобы наша молодёжь активно шла в спорт и добивалась хотя бы уровня мастера спорта. По борьбе знаю, что люди, имеющие это звание, не остались за бортом и многого достигли. В качестве примера приведу таких известных личностей, как Владимир Гулидов, Дмитрий Миндиашвили, Виктор Гупалов. А ещё мечтаю о том, чтобы у борцов греко-римского стиля наконец-то появилась своя арена. Под школу классической борьбы нам отдали здание бывшего кинотеатра “Родина”. Сделан проект реконструкции, были выделены деньги на обследование этого объекта, его консервацию. За счёт внебюджетных средств удалось залатать крышу, установить ограждение. А вот на ремонт, к сожалению, пока денег нет. Я понимаю, что бюджет города сейчас дефицитный, но сносить “Родину” нельзя. Это ведь здание с полувековой историей, символ Красноярского рабочего. Мы даже мозаику на фасаде хотим сохранить. И потом в этом районе столько неохваченных ребятишек, которые могли бы заниматься борьбой. Поэтому очень надеюсь, что эта моя мечта всё же осуществится.