Что такое буллинг, как он возникает и чем опасен, как организовать школьную жизнь, чтобы в ней не оставалось место травле? Ответы на эти вопросы знают в красноярском кризисном центре «Верба». Его специалисты уже в третий раз проводят конкурс «Дружелюбная школа».

«Городские новости» побеседовали с руководителем организации Натальей Пальчик о том, что могут сделать взрослые, чтобы предотвратить случаи буллинга, и зачем школы участвуют в конкурсе «Вербы».

Какие ценности у педагога

— Наталья Борисовна, для начала стоит разобраться с терминами. Что такое буллинг в школе?

 — Буллинг, или травля — это агрессивные психологические или физические действия группы лиц в отношении одного и того же ребёнка. Есть несколько отличий буллинга от обычных ссор. Это системность, намеренность действий, неравенство сил, отсутствие предмета, вокруг которого может развиваться конфликтная ситуация. Случаи травли были во все времена, потому что школа — это искусственно созданный коллектив, он собран не по интересам, а по территориальному принципу. И в нашем детстве тоже происходили такие ситуации. Сейчас буллинг может приобретать разные формы, перемещаться из реальной жизни в виртуальную. Но в ХХI веке мы можем увидеть проблему и что-то с ней сделать, чтобы дети поняли: здесь, в этой школе, агрессия недопустима.

— Среди психологов есть мнение, что некоторые учителя могут использовать буллинг, чтобы организовать детский коллектив. Они делят класс на группы и заставляют их конкурировать, выделяют своеобразных козлов отпущения, на которых можно сливать негатив. Такой метод действительно эффективен и применяется педагогами?

 — Мы в работе встречали много разных ситуаций и такие тоже. Это не частые истории, не официальные, не гласные стратегии, и они, прежде всего, связаны с тем, каких ценностей придерживается педагог. Тут возникает вопрос, почему человеку это выгодно для решения профессиональных задач. Бывает, что у преподавателя нет ресурса, чтобы конструктивно удерживать дисциплину, это не его профессиональная позиция, а выгорание. Его можно научить, натренировать на другие методы работы. Но чаще педагог просто не видит, что в классе разворачивается травля, он нечувствителен к проявлениям насилия. Тогда ему нужно показать проблему и рассказать, как её решить.

Но если выясняется, что использование буллинга — это личностная установка, что для человека приемлемы манипуляции и шантаж, то с таким учителем надо прощаться. Вообще, эффект от целенаправленного использования такой стратегии сомнительный. Она не помогает организовывать коллектив! Она помогает реализовывать потребности, которые есть у учителя, но лишь до поры до времени. Если у вас среди учеников есть главарь и у вас с ним хорошие отношения, можно через него заставить класс что-то делать, например, макулатуру сдать. Но здесь есть очень большие риски, потому что при такой стратегии управление от учителя переходит ученику. Какой эффект получит педагог, если завтра, через неделю или месяц он с этим главарём не сойдётся характерами?

— Сейчас в стране принято строить очень большие школы. По опыту прошлых конкурсов, в них сложнее поддерживать доброжелательную атмосферу?

 — В маленьких школах педагоги знают детей в лицо, в них, наверное, в какой-то степени действительно проще наладить отношения между детьми и учителями. В больших школах, где сотрудники могут встречаться друг с другом только на больших планёрках, имеются управленческие сложности, так как контролировать две тысячи учеников и коллектив, состоящий из пары сотен учителей, трудно. Но у таких организаций есть одно важное преимущество — в них много места, есть где размахнуться и что-то интересное делать для детей.

Примеры, на которые стоит равняться

— «Верба» третий год проводит в Красноярске конкурс «Дружелюбная школа». Наши образовательные учреждения заинтересованы в участии в нём и вообще им важно быть дружелюбными к ученикам?

 — Понятно, что не бывает идеальных школ. Это организации, где в одном месте собрано большое количество людей. Невозможно, чтобы в них не возникали ссоры, конфликты, не выяснялось, кто круче. Для подростковых коллективов это неизбежная история. Другое дело, что взрослый человек в состоянии что-то сделать с конфликтами и ссорами. Наша задача — показать успешные примеры, на которые можно равняться. И такие примеры в городе и крае есть. В больших и маленьких школах имеются удачные решения и целые программы, позволяющие профилактировать различные виды деструктивного поведения.

— По каким критериям вы будете оценивать школы?

 — У конкурса несколько этапов. На первом школы подают нам заявки на участие, в которых описывают, какие программы профилактики у них есть. На втором этапе мы проводим социологическое исследование, опрос, насколько комфортно чувствуют себя дети, родители и педагоги в этой школе, и получаем более или менее объективную картину. Мы узнаём, что участникам образовательного процесса нравится, что кажется им позитивным, чем они гордятся или, наоборот, что их не устраивает. Спрашиваем о многом, вплоть до того, принято ли в коллективе здороваться. Нам важно услышать мнение не только детей, но и родителей и педагогов. Например, если к учителям в школе относятся неуважительно, в учреждении для них не создан комфортный климат, то они, скорее всего, будут это переносить и на учеников.

Что делать с Сидоровым?

— Это значит, что и учителя могут подвергаться буллингу со стороны школьной администрации?

 — Нет, не в этом дело. Проблемы в коллективе могут возникать, если в нём не принято, например, просить помощи друг у друга, если администрация не учитывает, что у учителей должно быть личное время, и может звонить им в 12 ночи, чтобы сообщить, что к восьми утра нужно срочно что-то сделать. Или в учреждении нет ничего, чтобы учителя могли эмоционально разгружаться. Это может быть, например, какой-то совместный детско-педагогический хор, где общение проходит в неформальной обстановке. Для комфорта сотрудников важно, какая у них учительская, могут ли они отдохнуть между уроками 10–15 минут, попить чай в спокойной обстановке, есть ли у них свой класс, где можно какие-то вещи оставить. Если всего этого нет, то уровень стресса в коллективе повышается. Но некоторые школы, мы это знаем по опыту прошлых лет, вводят интересные практики, например, своеобразные мастер-классы, на которые учитель может прийти и обсудить с коллегами за чашкой чая, что с условным Сидоровым делать, как его мотивировать и отучить стоять на ушах. И коллеги могут подсказать, дать дельный совет.

— Что происходит на третьем этапе конкурса?

 — На третьем этапе в школах, которые успешно прошли первые два и попали в финал, начинают работать психологи. Они смотрят, как организована среда, есть ли всё то, о чём мы выше поговорили, как устроена столовая, чисто ли там. Имеются ли в школе специальные места, где дети могут посидеть между уроками, потусоваться, или для этого используется преимущественно туалет? Учитываются многие нюансы. Например, висит расписание на уровне глаз ребёнка или проверяющего?

— Как распределяются места?

 — Мы не афишируем список школ, где пока с профилактикой буллинга не всё гладко, мы их просто не указываем в итоговом рейтинге. Оставляем лишь те, где действительно реализуются успешные практики, только верхушку списка, победителей. У нас нет задачи уличить плохие школы. Но для них мы подготовили большую образовательную программу и будем приглашать их на семинары, которых в этом году будет восемь. Дадим учителям и психологам общее понимание, из чего может состоять модель противодействия буллингу.

Нюанс

Конкурс «Дружелюбная школа» в Красноярске будет идти до конца мая. На сегодня завершился его первый этап — подача заявок. Однако работа кризисного центра «Верба» со сложными ситуациями в учебных заведениях не ограничивается лишь этим мероприятием. В организации действует антибуллинговая команда, к которой можно обратиться за помощью, если в школе замечены признаки травли учеников. Специалисты готовы проконсультировать красноярцев по проблемным вопросам и дать рекомендации, как разрешить конфликт.

Акцент

Проект «Дружелюбные школы Красноярска против травли» реализуется с использованием гранта президента Российской Федерации на развитие гражданского общества.

Контакт. Если вы столкнулись с буллингом в школе, за помощью можно обратиться к психологу и юристу кризисного центра «Верба» по телефону 231-48-47. 

Дополнительная информация на сайте centerverba.ru