Персона

Виктор Тимофеев: «Быстрых денег у начинающего технаря быть не может»

Учёный с мировым именем рассказал о влиянии санкций на развитие инженерной мысли.

Виктор Тимофеев: «Быстрых денег у начинающего технаря быть не может»

Дмитрий Шабалин

Виктора Тимофеева одинаково хорошо знают и в научных кругах, и в сообществе производственников. Он разрабатывает и применяет уникальные технологии в изготовлении алюминиевых сплавов, и это востребовано в самых разных сферах — особенно в условиях санкций. А ещё наш сегодняшний герой не перестаёт заниматься исследованиями, осваивает гранты. И растит под своим крылом достойную смену: один из его учеников в 31 год защитил докторскую диссертацию.

Я поеду в Ленинград

— Виктор Николаевич, вы выпускник кафедры электрических станций Красноярского политехнического института. Но не пошли на крупное производство, а решили заниматься наукой — на стыке электрики и цветной металлургии. Почему у вас такой нестандартный карьерный путь?

— Наверное, у каждого были случайности, которые в итоге сыграли судьбоносную роль. Так получилось и у меня. В красноярском политехе работала военная кафедра, и все курсанты ездили на военные сборы. Нас отправили под Ленинград, на Чёрную речку, где когда-то произошла дуэль Пушкина с Дантесом. Мы шли маршем прямо мимо этого места.

За три месяца сборов на посещение Ленинграда нам отвели всего один день и одну ночь. Но и этого хватило, чтобы я влюбился в Северную столицу навсегда. Получив красный диплом, с радостью откликнулся на предложение кафедры электрических станций поступить в целевую аспирантуру Ленинградского политехнического института.

— По условиям целевого обучения вы должны были вернуться в организацию, которая дала вам направление. В вашем случае на кафедру. Но, в принципе, дальше перед вами открывалось много дорог. У нас примерно в те годы ввели в эксплуатацию Красноярскую ТЭЦ-2, на ней требовались светлые головы.

— Да, согласен, энергетика — отличная площадка для развития. Но когда ты уже понял вкус творческого научного труда, от этого трудно отказаться. Трудно с 8:00 до 17:00 являться просто исполнителем каких-то процессов. Кто-то к этому привыкает — и в этом нет ничего плохого. Особенно если зарплата достойная, позволяет содержать семью, что-то приобретать, путешествовать. Но творчество — это немного другое. Как писатель считает, что если он ничего не сочинил, то день прошёл зря, так и у учёного-инженера есть постоянная потребность обдумывать свои идеи, проверять гипотезы, ставить себе новые научно-технические задачи.

Поезда и бронежилеты

— Как вы вышли на тему алюминиевых сплавов, по которой защитили докторскую?

— По возвращении из Ленинграда на кафедру Красноярского политехнического института меня сразу же привлекли к прикладной научной работе, связанной с применением электротехнологий в цветной металлургии. Эта отрасль для Сибири актуальна, потому что у нас благодатные условия для производства первичного алюминия и его сплавов.

Объясню, чтобы было понятнее. Алюминиевые заводы построены там, где дешёвая электроэнергия, то есть возле ГЭС. В Саяногорске, Богучанах, Братске, Иркутске, Красноярске. Но из первичного алюминия ничего не сделаешь. Его нужно сначала превратить в сплав, а для этого соединить с так называемыми легирующими элементами. В этой области большие возможности для электротехнологий.

Сплавы бывают твёрдыми, не подлежащими деформации. А есть целая серия пластичных сплавов. Они такими становятся за счёт добавления меди, марганца, других веществ. Именно от легирующих элементов зависят марка сплава и физико-механические свойства материала. Мы вот сейчас разрабатываем бронежилеты. Если их сделать из железа, у которого плотность восемь тонн на кубометр, они будут тяжёлыми, как кольчуги. А взяв алюминий и добавив в него немного редкоземельного металла, мы получаем высокую прочность при небольшом весе изделия.

— В девяностом году вы параллельно с научной деятельностью организовали собственное предприятие: Научно-производственный центр магнитной гидродинамики. Одно другому не мешает?

— Наоборот, всё логично: наука помогает решать практические задачи. Так, например, мы в 2004 году спроектировали поворотный миксер для производства алюминиевых сплавов. В нём жидкий металл перемешивается за счёт бегущего магнитного поля. Это и есть технология магнитной гидродинамики — то, на что мы опираемся.

На алюминиевое производство я перенёс знания, которые приобрёл в аспирантуре. В частности, расчёты по теме «Линейный асинхронный двигатель для высокоскоростного наземного транспорта». Нам с моим научным руководителем удалось доказать, что поезда под воздействием бегущего поля могут безопасно для пассажиров передвигаться со скоростью 500 километров в час (а не 300, как предполагает годами проверенная система «колесо — рельс». — Прим. авт.). Мне хотелось продолжать исследования в этом направлении и в Красноярске. Но поездов у нас не строят, зато кругом — цветная металлургия.

Кстати, принцип магнитной гидродинамики применим и в ядерной энергетике. Жидким натрием, литием охлаждают ядерные реакторы. Также из сплавов делают различные детали для нужд авиации. КраМЗ, к слову, изначально относился именно к объектам авиационной промышленности. Мы же специализируемся на технологиях получения слитков, пригодных для изготовления тонкостенных профилей, лёгких проводов, у которых должна быть очень высокая прочность.

Первым делом — бортовая проволока

— Как повлияли на вас санкции?

— С одной стороны, у нас значительно увеличилось количество заказов. Одной только бортовой проволоки нам заказали несколько тонн. Работаем над этим день и ночь. С другой стороны — возникли непредвиденные трудности. Допустим, для изготовления перемешивателей металла необходимы транзисторные преобразователи частоты, драйверы, силовая электроника. Что-то мы покупали в Германии, в Японии. Казалось, так будет вечно. Хорошо, что всё это параллельно в Китае производится, сейчас связываемся с этой страной, перестраиваем логистические цепочки. Западники, кстати, тоже нормальные люди, но политика есть политика. В любом случае должно наладиться производство недостающего оборудования у нас в России. Процесс уже запущен, и всё происходит очень быстро. Сама жизнь к этому подталкивает.

Мы тоже с весны начали выпускать несколько видов изделий. К примеру, огнеупорные желоба для подачи жидкого расплава — как выяснилось, у нас в стране их нигде не делают. Создали целый отдел по производству огнеупорных материалов. Кроме желобов делаем фильтры, дегазаторы, много других вещей. У того же поворотного миксера температура должна быть 900 градусов — чтобы металл не остыл. Трубчатые электронагреватели нам поставляла шведская фирма, которая ушла с российского рынка. Пришлось заполнять брешь самим.

Деньги — в дело

— У вас есть свои производственные цеха?

— Да, пока мы их арендуем, а 15 ноября планируем торжественно запустить собственный завод возле Солонцов, с цехом по выпуску алюминиевой проволоки специального назначения. Губернатора и министерство промышленности тоже хотим на это мероприятие пригласить.

— В последние годы науку серьёзно поддерживает государство. Какие гранты и субсидии вы выиграли и на что они пошли?

— Помощь действительно идёт серьёзная. Одну из недавних субсидий мы получили из фонда содействия инновациям. 20 миллионов нам выдали безвозвратно, а ещё 20 мы должны вложить сами и потратить на станки для нового завода.

Когда ввели санкции и на нас посыпались заявки из разных регионов России, стран СНГ, мы взяли в банках кредиты под 20 процентов на сумму 30 миллионов. А теперь нам компенсируют значительную часть процентов.

Что касается краевого фонда науки, у нас с ними была отличная программа по фундаментальным исследованиям, с тройственным финансированием. Одну часть брал на себя край, вторую — федерация, а третью должно обеспечить само предприятие. Хорошо, что условия позволяют для решения научной задачи приглашать в команду людей откуда угодно. Допустим, профессоров из Института цветных металлов и материаловедения СФУ. Тем более что сейчас появился тренд на экономно легированные сплавы. Добавляешь к алюминию всего 0,3 процента гафния (химический элемент из таблицы Менделеева с атомным номером 72. — Прим. авт.) или других редко встречающихся в природе материалов — и свойства кардинально меняются.

Вообще, мне нравится современный подход к финансированию науки и производства. Раньше зачастую было непонятно, куда уходят деньги. Вроде выделили огромные суммы, но никто ничего не делает, сдвигов не видно. Сейчас главным критерием служит эффективность. Те, кто распределяет субсидии, стали смотреть на конкретный результат. Почему с нами разговаривают, считаются? Потому что мы выпускаем качественную, конкурентоспособную продукцию, сотрудничаем с заводами, потребители о нас положительно отзываются.

Посеешь характер — пожнёшь судьбу

— Вы долго заведовали кафедрой электротехники в СФУ, в настоящее время профессор. Интересно преподавать студентам точные науки?

— Я всегда говорю, что, если ты стал наставником молодёжи, это должно увлекать с головой. Не понимаю разговоров о том, что нагрузка большая, а платят мало. Не нравится — уходи, ищи более высокую зарплату. Преподавать интересно ещё и потому, что ты видишь плоды своего труда. Ребята на твоих глазах растут, развиваются, защищают диссертации. У меня на предприятии три доктора наук и десять кандидатов. Один парень защитился в Санкт-Петербурге по теме математического моделирования инновационных технологий в металлургии.

Сейчас потрясающие возможности, компьютерные программы покажут в цветах и жидкий металл, и всё что угодно. Другой мой бывший студент, а теперь — сотрудник научно-производственного предприятия — сам выучил английский язык и свободно общается по телефону с иностранными контрагентами. Такие целеустремлённые ребята есть в каждом потоке. Пусть один-два человека, но всё равно есть.

Я часто вспоминаю школу в затопленной деревне Даурского района, которую я оканчивал. Учителя нам говорили: «Посеешь характер — пожнёшь судьбу». Смысл этих слов стал отчётливо понятен лишь с годами. И сейчас я говорю своим студентам, что времени на раскачку нет. Неправильно думать: начну с завтрашнего дня, с понедельника. Надо добиваться того, что хочешь, уже сегодня, сейчас.

В советское время, конечно, общий уровень студентов инженерных специальностей был выше. Руководители краевых и городских организаций, партийные работники стремились, чтобы их дети прошли путь от электриков, мастеров. Возле политеха стояли чёрные волги. А сейчас туда даже конкурса почти нет. Молодёжь уезжает в Москву, Питер. Хочет зарабатывать быстрые деньги, которых у начинающего технаря быть не может.

Нюанс

Краевой фонд науки создавался как региональный инструмент поддержки научной, научно-технической и инновационной деятельности. В первую очередь это было необходимо для решения актуальных социально-экономических проблем, требующих научного осмысления и обоснования, а также для поддержки научных исследований и экспериментальных разработок красноярских учёных. Фонд поддерживает прикладные и фундаментальные научные исследования, мероприятия, направленные на популяризацию науки и привлечение к проведению исследований талантливой молодёжи.

Досье

Виктор Тимофеев, доктор технических наук, профессор, руководитель НПЦ магнитной гидродинамики.

Год и место рождения: 1950 год, село Ермолаево, Даурского района Красноярского края.

Образование: Красноярский политехнический институт, кафедра электрических станций, 1974 год.

Диссертации: «Электромагнитные вращатели, перемешиватели и дозаторы алюминиевых сплавов», 1994 год.

Научные направления: анализ электромагнитных полей; исследование, разработка и внедрение электротехнологического оборудования и МГД-технологий металлургического назначения; линейные электрические машины; методы комплексного математического и физического моделирования; системы автоматизированного проектирования электротехнического оборудования; магнитогидродинамические процессы в металлургии.

Ольга Паранина
Опубликовано 3 недели, 1 день назад,   10 сентября 2022 г. 11:00
Опубликовано 3 недели, 1 день назад,   10 сентября 2022 г. 11:00
Пример HTML-страницы

Обзор материалов